8. Адвайта и НГТ

Рис. 7

Anu – синоним греческого psyche или буддийской «дхармы», элементарная частица чувственного бытия. Anu, ksana и ksetra составляют первичный триалитет последнего. Ksana и ksetra – два комплементарно противоположных начала (как инь и ян).

Рис. 8

Нуль-энергия составляет эго, которое является главным термином состояния бодрствования. Точная дефиниция нуль-энергии невозможна из-за того, что последнюю нельзя каким-либо образом воспринять или зарегистрировать. Греческая философия и базирующееся на ней западное научное познание все категории выводит из находящегося в бодрствующем состоянии эго (I). Философия Адвайты считает первоисточником всех категорий четвёртое состояние (IV, turiya, nirvana). Т.к. четвёртое состояние не поддаётся описанию, мы будем исходить из трёх первых состояний.

Принцип доктрины Адвайты: IV = =/= (равно-неравно) III ± II ± I. Наш принцип: II = =/= (равно-неравно) III ± I. Это сделано для того, чтобы дать возможность во втором состоянии (II) получить синтез трёх первых состояний. Anu, ksana и ksetra составляют аналогию трём состояниям:

Рис. 9

Каждую из трёх данных категорий составляют, как минимум, три импульса. Из этого следует, что для дефиниции любой из них (в данном случае – категории U, anu, II) мы должны обладать обладать минимум шестью импульсами (U = A(3) + M(3) = 6).

Состояние является примарным, а исходящее из него терминирование – секундарным. В определении состояний и терминов мы исходим из состояния сна (II):

Рис. 10

Вопрос: Что такое 0-I-состояние?

Ответ: Это переходное состояние между 0(Нуль)-состоянием и I(Один)-состоянием. Переходное состояние может составлять от 9 до 64 энергетических единиц (импульсов). 64 импульса составляют Один-состояние, или один полный термин. Терминирование начинается от нуль-термина и заканчивается один-термином (одним полным термином).

0-I(Нуль-Один)-процесс формирует вероятность происхождения и происхождение вероятности:

Рис. 11

Все термины исходят из пустоты (нуль-энергии), и все термины возвращаются в пустоту (нуль-энергию).

9. О четырёх главных терминах НГТ, майе и освобождении

Дух = Душа + Самость + Я

Эти четыре термина в специальной оккультной и мистической литературе используются очень запутанно и ложно дефинированно. Мы начнём с дефиниции этих терминов, взяв за основу пустоту. Вообще, есть четыре пустоты: пустота бодрствования, пустота сна, пустота глубокого сна и четвёртая пустота. «Я» - средний термин пустоты бодрствования. «Самость» - средний термин пустоты сна. «Душа» - средний термин пустоты глубокого сна. «Дух» - средний термин четвёртой пустоты.

Рис. 12-13

В медитации следует преобразовать триалитет, соединяя «душу» и «я» в «самость». Следующая ступень – это изменение «самости» в «дух». Если в медитации мы достигли состояния «самости», то последнее на этой глубине преобразуется в состояние «духа». Как мы уже говорили, при использовании этих терминов в оккультной литературе допускают очень много ошибок, иногда намеренно.

Идти от «самости» к «духу» очень трудно (это нирвана, чего очень трудно достичь). В действительности есть только три состояния: бодрствование, сон и глубокий сон. Четвёртое состояние – уже не состояние, потому что здесь человек уже вне экзистенции. Это значит, что он вне бытия, вне не-бытия и вне нуль-бытия. Здесь и спрятан самый большой оккультный мистический парадокс парадоксов (I, II, III – парадоксы). Можно сказать, что из трёх первых состояний синтезируется четвёртое, являющееся не-состоянием. Конечно, возникает вопрос: идентичны ли «духу» «я-самость-душа»? В это время терминологическое понятие «я» должно быть исключено. Так же возникает вопрос: действительно ли «я-самость» идентичны «душе»? (Например, выражение: «Aham brahmāsmi» - «Аз есмь Брахман» или «Аз есмь Бог»). Парадокс заключён в том, что когда мы стараемся объединить «я-душу» в одно, мы хотим свести к одному небытию неопределяемое и неощущаемое, и когда нам это удаётся сделать, мы попадаем в состояние сна. Но состояние сна не позволяет нам определить, действительно ли мы достигли того, чего хотели. И только проснувшись, мы можем сделать некоторые выводы. Но мы можем ошибаться, делая выводы из имевшего место эффекта состояния сна. Возвращаясь назад к идентичности «я-самости-души» и «духа», мы должны основываться на идентичности «я» и «души» (в полноте, в трансцендентальном единстве). Трансцендентальное единство или Полнота есть отсутствие памяти. Эта Полнота (I, Один) не даёт нам никакой информации. Проснувшись от глубокого сна мы можем сделать вывод, что мы хорошо спали без сновидений, и теперь у нас ощущение счастья. Это ощущение счастья есть суперсубъективность, и одновременно – всеединство (hen to pān). Одновременно это и является последней и высшей возможностью нуль-ощущения трёх состояний.

С точки зрения философии Адвайты все эти три состояния связаны с майей (санскр. māyā – иллюзия, мистически-гипнотический эфир). Следовательно, и та, последняя и высшая возможность состояния глубокого сна тоже является продуктом майи. Таким образом, если майя сама оказывается майей, выходит, что ничего нет (даже нуля), и у нас нет возможности что-либо делать (медитировать, концентрироваться и т.д.), т.к. нас самих нет. Но мы хотим освободить себя от чего-то, что в действительности не является не-не-ничем (трёхкратное отрицание), и для этого мы сами создаём из не-не-ничего что-то (кармическую связь) для того, чтобы освободиться (от майи). Но нужно ли это в действительности? Это не-не-ничто, что дано нам в трансцендентальной экзистенции, является продуктом прошлой кармы, и уже закрепилось в нашей внутренней психике. Освобождение от этого комплекса и является нашей задачей. Но реализуя это освобождение (концентрируясь или медитируя), можно создать новые нежелательные связи. Поэтому освобождение, не-освобождение и нуль-освобождение должны быть идентичны не-не-ничему. Здесь мы дошли до предела словесной традиции, где нуль-освобождение невозможно дефинировать или уточнять.

Возникает вопрос: каким образом, соединяя эти три иллюзии (I, II и III-состояния) воедино, можно получить реальность, которая является не-иллюзией, или, иными словами, как можно от иллюзии перейти в нуль-иллюзию? Здесь парадокс того, что мы не можем убежать от собственной тени. Тут и появляется проблема освобождения от кармы. Мистическо-оккультный парадокс нельзя доказать. При исчезновении парадокса на его месте появляется реализация. Словесные понятия исчезают уже в состоянии сна, не говоря уже о состоянии глубокого сна и четвёртом состоянии. Поэтому на первом этапе пути к освобождению используют негативные термины. В действительности же там нет никаких терминов, даже нуль-терминов. Следовательно, будет неправильно говорить о нирване, используя негативные термины.

Несмотря на то, что с помощью негативного мы желаем охватить позитивное, или же с помощью позитивного – негативное, всё же остаётся остаток – нуль-термин, из которого возникли как позитивные, так и негативные термины. Многие системы объединяют термины и не-термины, и из этого выводят новые термины или созданную из них систему. С точки зрения Адвайты, всего этого всё-таки недостаточно, т.к. писание есть майя, и майя – тоже майя.

Опять возникает вопрос: является ли не-иллюзией освобождение от иллюзии с помощью иллюзии? Религия и атеизм, по существу, одно и то же, т.к. они одинаково охвачены майей. Эти мысли о майе противоречат культу персонифицированного бога, где утверждается, что майя является одним из атрибутов бога. Может возникнуть вопрос: зачем мы, в таком случае, пишем об этом, если всё является майей? Здесь мы хотим показать, что и атеизм ошибается в доказательстве собственной истинности, используя негативные теистические термины, и строя на них свою систему, в действительности являющейся лишь суггестивной формой майи. Невозможно что-либо доказать позитивно, а также негативно. Атеистические фразы подчинены словесной традиции, и поэтому являются неполными. Если все доказательства, как позитивные, так и негативные, есть майя, то нуль-доказательство должно быть связано с нуль-майей, что уже не может быть никаким образом выражено (словами, мыслями и т.д.) Однако, мы должны терминировть майю, исходя из пустоты. Из пустоты исходит и наша карма. Из пустоты также исходит и мокша (освобождение). Естественно, возникает вопрос: насколько пусты мы должны быть, чтобы реализовать мокшу? В буддийских школах для опустошения используют всевозможные медитационные приёмы и автосуггестию. Но всё же сохраняется возможность маического (иллюзорного) самоопустошения. Мы можем остаться в плену майи. Это значит, что мы можем лишь представить себе, что мы в пустоте. Дефинированные от пустоты майя и дух могут быть связаны друг с другом, и вследствии этой связи может возникнуть гипноз духа. Концентративный тип проектирует дух вовне и принимает майю в себя. Медитативный тип чувствует, что майя охватывает его дух извне.

Майя придаёт энергии защитные (сохранение) и творческие (изменение) качества. Эти два аспекта энергии объединяются в трансцендентальном единстве состояния глубокого сна.